Терджибенд

Драматическая повесть


Действие происходит в Баку в 70-е гг.





ТЕРДЖИБЕНД — поэтическая форма, употребительная в суфийской литературе. В терджибенды объединяются отдельные стихотворения с одинаковым рефреном.

НИЗАМИ — знаменитый персидский поэт XII века, родился в Азербайджане. Ему принадлежит наиболее известная из многочисленных поэм на тему «Лейли и Меджнун». В системе символов суфийской поэзии и философии любовь Меджнуна к Лейли есть образ извечного стремления человеческой души к ее источнику и создателю.

НАСИМИ — азербайджанский поэт XIV века. Принадлежал к позднейшему направлению суфизма, так называемому хуруфизму. Одна из основных идей хуруфитов состоит в том, что каждый человек равен всему мирозданию в целом. Любовь является главной целью и смыслом миротворения. Насими родился в Шемахе; предан мученической казни в сирийском городе Алеппо по обвинению в религиозной ереси.

САГИ (перс.) — виночерпий, кравчий.



1.

Широкая пустая улица. Девушка (ГЮЛЯ) медленно идет по тротуару. В узком просвете между домами видно море. ГЮЛЯ засматривается на него, потом, спохватившись, быстрым шагом продолжает свой путь, сворачивает на другую улицу.

————————————————

Множество народа выходит из дверей огромного учреждения. Один из них (ЭЛЬДАР), словно не замечая никого, задумчиво улыбается, обегает взглядом улицу, с небом, домами, фруктовыми ларьками; взгляд его падает на уличные часы, он хмурится и ускоряет шаг.

————————————————

Комната в обычной квартире. Две женщины чистят зелень в огромном тазу.

————————————————

Гюля и Эльдар подходят к дому с противоположных концов. Он машет ей рукой. Она бежит ему навстречу.

————————————————

Та же комната. Женщины (МАРЬЯМ и СОСЕДКА) чистят зелень.

МАРЬЯМ
Всю свою жизнь! За всю свою жизнь мы с Ибрагимом одного дня для себя не жили! Все для детей! Только для детей! Вот теперь за это получаем!

СОСЕДКА (со вздохом)
Не вы одни!

МАРЬЯМ
Я же его не попрекаю! Мне ведь для себя ничего не надо! Но когда ты берешь свою жизнь — и вот так ломаешь, как игрушку, — ты понимать должен, что ты не на пустом месте родился! У тебя отец есть? мать есть? Они могут не переживать?!

СОСЕДКА
Если он о своем ребенке не думает!

МАРЬЯМ
Ты мне об этом не говори! Я с ума схожу, когда вспоминаю! Я же этого ребенка больше не увижу!

СОСЕДКА.
А ты причем? Ты, что ли, виновата?

МАРЬЯМ
А совесть у меня есть? С каким лицом я туда явлюсь? Они такие люди! Столько для нас сделали! А мы, пожалуйста, — вот чем отплатили!

СОСЕДКА
Ну ладно, ладно! Ничего такого не случилось! Муж с женой — да! Как поссорились, так и помирятся!

МАРЬЯМ (кричит)
Я тебе говорю, они не ссорились! Они в жизни не ссорились! Он пришел тихо-спокойно, говорит — «Мы с Арифой решили расстаться. Можно, я пока здесь поживу?» Надо было сказать — нельзя! У тебя дом есть — иди туда! А у меня язык отнялся! Потому что я его характер знаю! Он просто так болтать не станет. Он сто раз про себя решит, только потом скажет! И Ибрагим это прекрасно знает, у них в семье все такие! И мы в жизни не заставим его вернуться, и все эти скандалы ничего не дадут!

СОСЕДКА
Себя только угробите!

МАРЬЯМ
А! Он нас и так уже угробил!

Вся зелень почищена. Соседка кладет нож, встает, подходит к окну. Через двор идут Гюля и Эльдар.

СОСЕДКА
Ладно, я пошла! Вон твои дети с работы идут!

МАРЬЯМ (мрачно)
Да, прекрасные у меня дети!

СОСЕДКА (прикрикивает на нее)
Ну перестань! Гюля что тебе сделала?

МАРЬЯМ (швыряя нож в таз с зеленью)
Эта Гюля в тысячу раз хуже своего брата! (Соседка уходит.)

ГЮЛЯ (заглядывая в комнату)
Ма-ам, привет!

ЭЛЬДАР
Здравствуй, мама!

МАРЬЯМ (не глядя на них)
Пойду обед греть. (Выходит)

ЭЛЬДАР (озираясь)
Ты не знаешь, случайно, куда она засунула мой чемодан?

ГЮЛЯ
Знаю! (Она идет в другую, меньшую комнату; он идет следом за ней. Гюля вытаскивает чемодан из-под кровати.) Может, все-таки не стоит?

ЭЛЬДАР
Ты же видишь, как я их довожу!

ГЮЛЯ
А так они еще больше будут психовать! Они же не могут о тебе не думать!

ЭЛЬДАР (трогает ее за плечо)
И все на твою бедную голову? (Отходит к книжной полке, проводит пальцем по корешкам медицинских учебников.) Гюля! У вас был такой профессор Аббасов?

ГЮЛЯ
Конечно, был!

ЭЛЬДАР (глядя в окно)
А что он из себя представляет?

ГЮЛЯ (пожимает плечами)
Нормальный дяденька! Звезд с неба не хватает, а так — вполне! А что?

ЭЛЬДАР
Да ничего! Просто, я сейчас встретил его младшего брата!

ГЮЛЯ
У него ведь два младших брата! И еще сестра есть — самая младшая! (Эльдар кивает.) А ты их откуда знаешь?

ЭЛЬДАР
Случайно! Она была на практике в нашем институте!

ГЮЛЯ
Ее Лейла зовут, да? Я ее видела как-то раз — мне ее показывали специально! Красоты она была необыкновенной! Она и сейчас такая?

ЭЛЬДАР (начинает бросать вещи в чемодан)
Не знаю, я в этом не разбираюсь!

Открывается входная дверь. Входит отец — ИБРАГИМ. Бросает на стул портфель. «Это я!» — в сторону кухни. Входит в большую комнату, видит через открытую дверь сборы Эльдара.

ИБРАГИМ
Как это надо понимать?

ЭЛЬДАР (выходя к нему)
Папа, я снял комнату и сегодня же туда переезжаю.

ИБРАГИМ
Далеко?

ЭЛЬДАР
На Баилове!

ИБРАГИМ
Хорошо, хорошо! (Поворачивается к Гюле.) Когда ты завтра кончаешь работу?

ГЮЛЯ
В четыре!

ИБРАГИМ
Вот, чтоб в половине пятого ты была дома!

ГЮЛЯ
Папа, я сегодня дома!

ИБРАГИМ
И завтра, и послезавтра! Я тебе запрещаю куда-нибудь ходить, кроме работы!

ГЮЛЯ
Папа, ты с ума сошел?

МАРЬЯМ (кричит)
Ты как с отцом разговариваешь, дрянь такая! Мерзавка!

ГЮЛЯ (идет в другую комнату)
 Вы, кажется, хотите, чтобы я тоже комнату сняла? Я могу это сделать!

МАРЬЯМ
Только попробуй, ты увидишь, что тогда будет!!

ГЮЛЯ захлопывает дверь. Мать пытается ее открыть. Ибрагим хватает ее за руку.

ИБРАГИМ
Бога ради, пойди на кухню! Мы сейчас все успокоимся и будем обедать!

Эльдар закрывает свой чемодан.

ИБРАГИМ
Между прочим, она сейчас ни в чем не виновата! Это все из-за тебя!

ЭЛЬДАР
Я прекрасно знаю, что все из-за меня! Если бы я сразу нашел комнату, я бы вам здесь глаза не мозолил!

ИБРАГИМ
Эльдарка! Давай мы с тобой, знаешь что сделаем? Возьмем эти вещи, поймаем такси и поедем к тебе домой!

ЭЛЬДАР
Папа, мы, кажется, вчера решили — больше об этом не говорить!

ИБРАГИМ
Как я могу об этом не говорить? Ты мой сын, ты бросил жену и ребенка! Что изменилось со вчерашнего дня?

ЭЛЬДАР
Папа, я тысячу раз тебе уже сказал! Мне тоже очень тяжело, и очень больно! И стыдно очень — ты понимаешь или нет?! Но это все равно не смертельно! От этого никто не умрет, я тебе клянусь! А потом — сейчас не старое время! Все разводятся!

ИБРАГИМ (орет)
Что значит все?! Кто эти все?! Если завтра все начнут людей кушать, ты тоже побежишь?! Ты зачем на других смотришь? Тебя твой отец бросал? Почему твоему ребенку должно быть хуже, чем тебе?! Зачем ты тогда женился?

ЭЛЬДАР
Зачем, зачем! Женился, потому что так принято! Понимаешь, — у людей принято жениться! Кончил институт — и женился!

ИБРАГИМ
Ты, между прочим, не на ком-нибудь женился, а на дочери Рагим-заде!

ЭЛЬДАР
Теперь что с этого? Я же оттуда ничего не беру!

ИБРАГИМ
А твоя работа? Ты что, попал на это место, потому что ты гений? Ничуть не хуже тебя сидят на ста двадцати рублях!

ЭЛЬДАР
Хочешь, чтоб я ушел с работы?

ИБРАГИМ
Правильно, уходи! Пойдешь мусорщиком! Будешь жить в подворотне! (Подозрительно) Кстати, ты всегда теперь будешь жить один?

ЭЛЬДАР
Надеюсь, что нет!

 ИБРАГИМ
А, теперь все понятно! Ты из меня целый месяц дурака делал! Такой туман напускал! А ты просто завел себе бабу и променял на нее своего ребенка! Ты для меня не человек!! Я этого не переживу!!

Мать вбегает в комнату и изо всех сил стучит в Гюлину дверь.

МАРЬЯМ
Гюля! Выйди, ради Бога!

ГЮЛЯ
Мама, у меня нет сил повторять одно и то же!

МАРЬЯМ
Тебя Наиля к телефону! С ее матерью плохо!

Гюля бежит в коридор. Хватает трубку — «Да!» Из-за двери несется крик отца — «Да лучше иметь сорок любовниц!! Разве дело в этом?»

ГЮЛЯ (в трубку)
Да! Да! Хорошо! Да! (Кладет трубку. Обращается к матери) Наилькину маму по скорой забирают в нашу больницу! Я поехала!

МАРЬЯМ
Поешь, я тебя умоляю! Это одна минута!

————————————————

На кухне. Мать дует изо всех сил на тарелку супа. Входит Гюля. Садится за стол.

МАРЬЯМ
Это ж надо! Она из больницы, а мать в больницу!

ГЮЛЯ
Видишь, не нам одним весело!

МАРЬЯМ
У нас все своими руками делают!

ИБРАГИМ (врывается на кухню)
Куда она собралась?

МАРЬЯМ (машет на него рукой)
Дай поесть человеку! Посмотри, на кого похожа стала! (Выходит вместе с ним.)

————————————————

Гюля выходит на лестничную площадку. Эльдар бросается за ней.

ЭЛЬДАР (запыхавшись)
Ты к Андрееву, да? Передай ему!..

ГЮЛЯ
Нет, Эльдар, нет!..

ЭЛЬДАР (не слушая ее)
Я все с ним никак не увижусь!..

ГЮЛЯ (сердито)
Мне бежать надо!

Гюля выходит на улицу, несколько раз набирает воздух, потом бежит к остановке.

ПРОХОЖИЙ
Куда бежишь, моя хорошая?



2.

Больничная палата. Гюля сидит на краешке кровати, на которой лежит немолодая женщина. Рядом стоит вторая девушка (НАИЛЯ).

ГЮЛЯ (сворачивает бумажную ленту)
Тетя Таня, на этой кардиограмме ничего особенного нет! Просто вы с Наилькой нанервничались! Полежите здесь и старайтесь не волноваться!

ТЕТЯ ТАНЯ (глаза ее наполняются слезами)
Гюлечка, милая, как мне не волноваться!

СТАРУХА НА СОСЕДНЕЙ КОЙКЕ
Наш доктор умница! Все правильно говорит! Дай Бог здоровья!

————————————————

Больничный коридор. Пост медсестры.

МЕДСЕСТРА (Гюле)
Иди, иди, не беспокойся! (Из палаты выходит Наиля.) Идите, все будет в порядке!

НАИЛЯ
Спасибо большое!

ГЮЛЯ (медсестре)
Ну пока! (Они уходят. Медсестра смотрит им вслед. Обращается к подошедшей нянечке, указывая на Наилю.)

МЕДСЕСТРА
Это ее подруга! Ей недавно операцию неправильно сделали, теперь у нее детей никогда не будет!

НЯНЕЧКА
А муж есть?

МЕДСЕСТРА
Пока есть!

————————————————

Гюля и Наиля идут по улице.

ГЮЛЯ
Что ж ты мне сразу не позвонила?

НАИЛЯ
Я позвонила Андрееву — его не было! Я решила, что вы где-то шляетесь!

ГЮЛЯ
Нет, он сам где-то шляется!

НАИЛЯ
Ты что теперь, вообще из дому не выходишь?

ГЮЛЯ делает неопределенный жест.

НАИЛЯ
Братец твой не собирается к жене вернуться?

ГЮЛЯ
Какой там! Он уже квартиру себе снял!

ГЮЛЯ поворачивает на другую улицу.

НАИЛЯ
Ты куда?

ГЮЛЯ
Привычка, моя дорогая! Я, куда бы ни шла, всегда прохожу через эту улицу!

НАИЛЯ (изумленно)
Ой! Но ведь Сережка уже десять лет в Москве живет! (ГЮЛЯ усмехается, ей этот факт известен.) А сейчас-то какой смысл, раз он и так при тебе? (Смеется.) Смотри, у них свет! Давай зайдем, обрадуем Галину Михайловну!

ГЮЛЯ (испуганно)
Тише, тише! Ты что! (Бежит вперед.)

НАИЛЯ (догоняя ее)
Ты придурок, честное слово!

ГЮЛЯ
Ой, прости, тебе бегать нельзя!

НАИЛЯ
Да ну тебя! (Они идут дальше.) Что же с вами будет? Сколько он может здесь торчать?

ГЮЛЯ
Сколько угодно! Наоборот, они в Москве несколько лет не могли никого уговорить, чтобы сюда поехал надолго! Этой конторе крупно повезло!

НАИЛЯ
Всем повезло, кроме твоих родителей!

ГЮЛЯ
Им каждый день везет! Этот ЭЛЬДАР, зараза!

НАИЛЯ
Кто бы мог подумать! Такой был образцово-показательный мальчик!

ГЮЛЯ
Ты знаешь, мне кажется, он немножко сдвинулся! Странно, он ведь меня всегда считал ненормальной!

НАИЛЯ
Вот нахал!

ГЮЛЯ
Не он нахал, а я дура! Я ему когда-то в припадке откровенности изложила свои взгляды на жизнь и на Сережу Андреева в частности. Как он был возмущен! Он повел со мной борьбу, безмолвную и упорную! Когда Сережка приезжал на каникулы или просто так, он от меня это скрывал! И сам с ним нарочно не встречался, и не звонил, — а ведь раньше они дружили!

НАИЛЯ
Он даже до меня добирался, — требовал, чтобы я тебе нашла какого ни на есть жениха!

ГЮЛЯ
Он всех на свете заставлял это делать! Меня это даже умиляло — как-никак — братские чувства! А когда в один прекрасный день я сама передала ему привет от Андреева — ты знаешь, что он сделал? Он побежал звонить всем своим одноклассникам — выяснял, правда ли, что Сережка здесь, а не в Москве! Он ведь решил, что я окончательно сошла с ума, и, так сказать, выдаю желаемое за действительное!
С тех пор мне ни разу не удалось поговорить с ним по-человечески, а потом он взял и такое учудил!

Они подходят к метро. Прощаются.

НАИЛЯ
Вот подожди, вот мы еще возьмемся за твоих родичей! Сколько они тебя мучить будут, буржуи-феодалы!

ГЮЛЯ (улыбаясь)
Ах ты вояка! Оплот угнетенных, а также угнетателей!

————————————————



3.

День. Шумная улица, машины, пешеходы и т.д. Дверь книжного магазина. Человек лет пятидесяти (МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ) с тростью в руке входит в магазин.

————————————————

Внутри магазина. МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ и ПРОДАВЕЦ, худенький паренек с усами.

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Ну так как? Есть еще спрос на духовные ценности?

ПРОДАВЕЦ (улыбаясь)
Я очень рад вас видеть!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Узнали, да?

ПРОДАВЕЦ
Еще бы! Я ведь тогда всего второй день здесь работал! (Качает головой.) Вы так с этим парнем говорили! Я подумал — ох, какая у меня теперь будет жизнь! Но... (разводит руками.) Что ж вы пропали?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Я болел все это время! Болел!

ПРОДАВЕЦ (указывая на его палку)
С ногой, да?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Нет, сердце! В тот же день загремел в больницу! Такой инфаркт! Никто не верил, что я выживу! Меня, знаете, студентам показывали!

ПРОДАВЕЦ (сочувственно вздыхает)
А тут такие книги были! Я каждый раз держал, держал, а потом отдавал, кому попало!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
А мой... собеседник, он что? Тоже не появлялся?

ПРОДАВЕЦ
Он же говорил, что ему надо ехать в Москву!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Но ведь он сказал, что ему предлагают остаться, чуть ли не на год!

ПРОДАВЕЦ
Он говорил, что скорее всего не согласится!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Ну еще бы! А вот я был уверен, что он останется! А с какой стати? Представляете, лежал в больнице и каждый день только и думал о том, как я сюда заявлюсь! Вот такой я дурак! Всю жизнь гоняюсь за каким-то бредом, умереть спокойно не мог!

ПРОДАВЕЦ
Вообще-то, мне один раз показалось, что я его увидел! Я за лотком стоял (указывает на улицу), а он — если это был он — шел с какой-то девушкой! Но я ведь не мог лоток бросить! А потом, девушка — как-то неудобно!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Да какая девушка! У него билет в кармане был! Это только мне такая чушь могла в голову придти! (Идет к выходу.)

ПРОДАВЕЦ (хочет его утешить)
Но вы к нам заглядывайте! Я все интересное буду вам оставлять!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Зачем? Мои дети книг не читают, а я и так знаю все, что мне надо! Все знаю, а ничего не видел! Не повезло!

————————————————



4.

ГЮЛЯ поднимается по лестнице, опоясывающей изнутри двор старого дома. Входит на застекленную галерею. Двое мужчин играют в нарды, третий следит за игрой.

ОДИН ИЗ ИГРАЮЩИХ (АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ)
О! Гюлечка! Салам Алейкум! Садись с нами играть, твоего кавалера все равно нет!

В дверях, ведущих в комнату, появляется женщина (ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА)

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Здравствуй, Гюлечка! Вот кто мне компанию составит! (Они входят в комнату.) Дядю Сашу от этих нард не оттащишь! (Садятся за стол.) А я терпеть не могу есть одна! (Кладет ей в тарелку всякую еду.)

ГЮЛЯ
Спасибо!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Ну, что там у вас дома?

ГЮЛЯ
Ой, все то же самое!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
И ты им еще добавила! Я твою маму помню по родительским собраниям! Вот не думала, что мой сын устроит ей такой сюрприз! Ты на нее совсем не похожа!

ГЮЛЯ
Я в папину родню!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА (ест и говорит, размышляя)
Конечно, если бы у них сын захотел на русской жениться, они бы к этому куда спокойней отнеслись! Это уже проверено! Но девушек отдавать — это для них нож острый!

ГЮЛЯ (хмурясь)
Ничего не поделаешь! Будем бороться с пережитками явочным порядком!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Они твоему брату в конце концов простят его развод, а вот тебе — ни за что! (Смеясь) И что это в моем Сережке такого необыкновенного, что ты ни за кого больше выходить не хочешь? Тебе ведь уже двадцать пять?

ГЮЛЯ (смеясь)
Не совсем, но почти!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
А где же ты раньше была? Ведь вы, по-моему, за десять лет ни разу не виделись! (Видя Гюлино недовольство, она меняет тему.) Эльдар не собирается жениться по-новой?

ГЮЛЯ
Да нет пока!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Ничего, успеет! Мужику это всегда несложно! А вот женщине каково — это мы на собствен­ной шкуре испытали!

ГЮЛЯ
Что вы, Галина Михаллна! Вы такая красивая женщина!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Я была женщина с ребенком и без жилплощади! В этой комнате жило пять человек! А Сережин папочка, он раз-раз — и в Москве очутился! Ну, черт с ним! Теперь хоть сыну от него какая-то польза!

ГЮЛЯ (глядя на часы)
Уже так поздно!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
И где его носит! Он вообще последнее время только дурака валяет! Пора ему в Москву возвращаться! Ты должна его уговорить! Ему надо заниматься докторской, сейчас есть такая возможность, а потом может не быть! Ты, между прочим, больше всех в этом заинтересована! А когда у вас дома все уляжется, поедешь к нему сама! Он не бабник, никуда от тебя не убежит, ты это прекрасно знаешь!

В продолжение ее слов Гюля обводит глазами комнату, потом подходит к окну, смотрит на улицу, пытаясь высмотреть кого-нибудь.

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Его здешняя работа — просто чушь! Видимость одна!

ГЮЛЯ
Зато свободного времени много!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
А на что он его тратит, это время? Книжки какие-то выкапывает! Они к его теме не имеют никакого отношения, и вообще ни к чему на свете! Или вдруг в Шемаху собрался ехать! Что он там забыл, в этой Шемахе!

Гюля рассматривает фотографии, лежащие под стеклом на письменном столе. На одной из них — первоклассники с учительницей.

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
Кого ты там углядела?

ГЮЛЯ
Моего брата!

ГАЛИНА МИХАЙЛОВНА
А! Это они в первом классе!

ГЮЛЯ
Я знаю, у нас тоже такая карточка есть! Я пойду, Галина Михаллна, у меня регламент!

————————————————

Гюля спускается медленно по лестнице во двор. Почти темно. Малень­кий мальчик один на один сам с собой забивает мяч в самодельный ворота. Гюля задерживается на предпоследней ступеньке. Во двор вбегает Сережа.

СЕРЕЖА
Гюля! Гюлечка! Я так бежал! Я все тебе сейчас объясню!

ГЮЛЯ
Извини, пожалуйста, я очень тороплюсь!

СЕРЕЖА
Гюлечка! Ну родная моя! Я же не нарочно! Я встретил одного знакомого. Я его страшно давно не видел!

ГЮЛЯ
Да-да, я понимаю!

СЕРЕЖА
Да я его и раньше-то всего один раз видел! Он взрослый человек, понимаешь? У него инфаркт был за это время! Мне показалось!.. Я решил его проводить!

ГЮЛЯ (сквозь слезы)
Я тебя ждала-ждала! Ты же знаешь, что у меня дома! Мне же все равно надо идти!

Они идут по темной улице. Видят телефон.

ГЮЛЯ
Ты бы позвонил домой, что ты нашелся!

СЕРЕЖА (неохотно)
Он, наверное, не работает!

ГЮЛЯ (роясь в карманах)
У тебя монетки нет?

СЕРЕЖА
Да ладно, Гюль! Моя мама всегда была уверена, что я не пропаду, особенно с тех пор, как вышла за Алексан Иваныча! И я с ней полностью согласен!

ГЮЛЯ (смущенно)
Дядя Саша — он такой добрый… и веселый! Ей очень повезло!

СЕРЕЖА
Да, раз в жизни! Когда его первая жена умерла! (   ) Бедняги люди! (Смеется.) Зато мой сегодняшний дядька!..

ГЮЛЯ
На которого ты меня променял?

СЕРЕЖА
Ты бы видела, как он был рад! Он был просто счастлив, что меня встретил!

ГЮЛЯ
Молодец! У него правильная реакция! Все, кто тебя видит, должны быть счастливы! Они должны просто умирать от восторга! Ты меня с ним познакомь! Он понимает, что к чему!

СЕРЕЖА
Но он очень боится докторов!

ГЮЛЯ
А мы его обманем! Мы скажем, что я сестра милосердия!

————————————————



5.

Гюля приходит домой. Мать выглядывает из комнаты в коридор и тут же, увидев ее, захлопывает дверь. Слышно, как громче заговорил телевизор. Гюля входит на кухню. Там ЭЛЬДАР.

ГЮЛЯ
О! Алиментщик Адигезалов!

ЭЛЬДАР
А ты эта — блудная дочь!

ГЮЛЯ
Что это вас занесло на чужую кухню?

ЭЛЬДАР (кивает в сторону комнаты)
Думал доставить им удовольствие, но — безрезультатно!

ГЮЛЯ
Пока они на что-то надеются (делает «страшные глаза») — тебе здесь надеяться не на что! (   )Чай еще есть? (Наливает себе чай.)

ЭЛЬДАР
Я твой справочник принес, положил у тебя!

ГЮЛЯ
Мерси! (Она пьет чай. Он молча смотрит на нее, потом садится на подоконник.)

ЭЛЬДАР
Гюля, а правда, что у Насими все стихи только про любовь?

ГЮЛЯ (удивленно и насмешливо)
Правда!

ЭЛЬДАР
А за что же с него тогда кожу содрали?

ГЮЛЯ
Наверное, именно за это!

ЭЛЬДАР
А «Лейли и Меджнун» — это ведь не он написал?

ГЮЛЯ
Здрасьте! Интеллигент! Проснулся!

ЭЛЬДАР
Ладно уж! Не начинай! Моя специальность — химическое машиностроение!

ГЮЛЯ
Да что ты говоришь! А семью бросить — это было по твоей специальности?

ЭЛЬДАР (примирительно)
Ну хорошо, не могут же все быть одинаковыми!

ГЮЛЯ
А ты знаешь, от чего люди делаются разными? От того, что они знают, а не от того, чего они не знают!

ЭЛЬДАР
Я же не спорю с тобой, разве ты этого не видишь?

————————————————

Телефонный звонок. Мать выходит в коридор, снимает трубку.

МАРЬЯМ
Я слушаю! (Кидает трубку. Говорит в сторону кухни) Наглость какая! (Она уходит в комнату. Гюля и Эльдар переглядываются.)

ЭЛЬДАР
Может быть, это тебе?

ГЮЛЯ
Нет, это тебе! (Звонок повторяется. ЭЛЬДАР выбегает в коридор.)

ЭЛЬДАР
Алло!

————————————————

В телефонной будке стоит очень красивая девушка (ЛЕЙЛА).

ЛЕЙЛА (в телефон)
Ой, я так испугалась, я трубку бросила! Хорошо, что еще одна двушка была! (   ) Ой, что ты! Конечно, из автомата! (   ) Ты знаешь, я им не стала всего рассказывать! — Ну, всякие подробности! Еще успеем! (   ) Ну ничего! Он смеется! Говорит — рассмотрим ваше заявление в порядке общей очереди! (   ) Нет-нет, совсем не холодно! Я хотела тебя обрадовать!

————————————————

ЭЛЬДАР
Спасибо тебе, спасибо! Спокойной ночи!

————————————————

На кухне.

ГЮЛЯ
Как самочувствие профессора Аббасова?

ЭЛЬДАР (ошарашенный)
Что?

ГЮЛЯ
Ты же только что беседовал с его сестрой!

ЭЛЬДАР
Гюля-ханум, ты просто Шерлок Холмс! Я тебя боюсь!

ГЮЛЯ
У меня на эти вещи нюх! Так сказать, с юных лет! А у тебя — запоздалое развитие!

ЭЛЬДАР
Не уверен!

ГЮЛЯ
Ну да! У вас в классе все были в кого-нибудь влюблены, кроме тебя!

ЭЛЬДАР
Как это так? А Милка?

ГЮЛЯ
В нее был влюблен твой друг Алик, а ты просто составлял ему компанию!

ЭЛЬДАР (язвительно)
Ты про наш класс знала гораздо больше, чем про свой собственный!

ГЮЛЯ
У нас там, к сожалению, знать было нечего! Кто куда поступает! Кто за что ответственный! У вас было гораздо интересней!

ЭЛЬДАР
Ничего, со временем все сравнялись! И наши, и ваши! Помнишь Володьку Мурадова, нашего главного герой-любовника?

ГЮЛЯ
Еще бы! Ведь его Маринка была нашей пионервожатой! А мы были маленькие и вредные. Мы его дразнили — «Володя, устрой нам экскурсию на Луну!» По-моему, он очень страдал, что не может этого сделать.

ЭЛЬДАР
Зато теперь он может все! Он директор универмага!

ГЮЛЯ
А что, директор универмага — не человек?

ЭЛЬДАР
Сверхчеловек! Но женился он тем же порядком, что простые смертные! Зачем же был весь этот дурдом по поводу Маринки? — Так, игрался по молодости лет!

ГЮЛЯ
А вот представь себе, что нет! Знаешь, что его мать мне однажды рассказала? Она заходила кого-то проведать в моем отделении! Она сказала — «мы на днях чуть все не погибли из-за этой мерзавки! Мы ехали в машине, а она мимо шла со своим ребенком. Володе плохо стало, он едва смог подрулить к тротуару!»

ЭЛЬДАР
Она еще в детском саду была мерзавкой! Все остальное — плод его воображения! Гюль, а ваш профессор Аббасов — хороший человек?

ГЮЛЯ
Здрасьте!

ЭЛЬДАР
Лейла его почитает, как бога!

ГЮЛЯ
Это говорит в ее пользу! Он ведь их всех вырастил вместо отца! Мать у них никогда не работала, ходит чуть ли не в чадре! (Смеется.) Наши против нее — просто хиппи!

ЭЛЬДАР
Тише, ты! (Входит мать.)

МАРЬЯМ
Спать ложиться надо! (К Эльдару) Я тебе постелила на диване!

ЭЛЬДАР
Спасибо! Я вообще-то хотел к себе пойти!

МАРЬЯМ
К себе! Бездомная собака раньше к себе пойдет, чем ты! (Уходят.)

Гюля остается одна.

————————————————



6.

Больница. Комната врачей. Медсестра заполняет бумажки. Гюля сидит рядом с отсутствующим лицом. Входит женщина-врач с листками в руках. Что-то жует на ходу.

ЖЕНЩИНА
Гюлечка, как твое полное имя?

ГЮЛЯ (словно просыпаясь)
А! Мое? — Гюльшен!

ЖЕНЩИНА (записывает)
Ай спасибо! Ты не хочешь со следующего года перейти в интенсивную? Марья Иванна решила на пенсию уходить!

ГЮЛЯ
Да я не знаю!.. (В дверь заглядывает Наиля.)

НАИЛЯ
Гюля, можно тебя на минутку? (Они выходят.)

МЕДСЕСТРА
Она же в Москву ехать собирается!

ЖЕНЩИНА
С этим парнем, что ли? Ерунда! Никуда она не поедет!

МЕДСЕСТРА
Это еще почему?

ЖЕНЩИНА (пожимает плечами)
Родителей побоится!

МЕДСЕСТРА
В наше время — кто родителей боится? Тем более — она!

ЖЕНЩИНА
Они же ей ничего не дадут! Что она, голая-босая замуж пойдет?

МЕДСЕСТРА
Вы ее не знаете!

ЖЕНЩИНА
Ерунда! Все одинаковые! Вот посмотришь, не поедет она никуда!

————————————————

В коридоре.

НАИЛЯ
Гюля, я больше не могу! Она меня с ума сведет! Она себя доведет до инфаркта, а я буду виновата!

————————————————

Гюля входит в палату. Мать Наили лежит на кровати, заливаясь слезами. Старуха с соседней койки ее утешает.

ГЮЛЯ (с порога, резко)
Тетя Таня! (Подходит к ней, говорит мягче) Ну нельзя же так! У нас с вами, слава Богу, никто не умер! Вы же всех вокруг расстраиваете!

ТЕТЯ ТАНЯ
Гюлечка, родная моя, я ничего с собой сделать не могу! Я все время об этом думаю!

СТАРУХА
Она же мать! Ей как не думать?

ТЕТЯ ТАНЯ
Вот я умру, что с ней станется! Кому она тогда нужна? Он же ее в любой момент бросить может! И с детьми бросают, а уж ее!..

ГЮЛЯ
Ой-ёй-ёй!

СТАРУХА
Правильно — да говорит! Женятся, чтоб дети были! Жена без дети — кому нужна?

ТЕТЯ ТАНЯ
Был бы русский — тоже еще бы подумал! А так — ты ведь знаешь, Гюлечка! Я ведь ваших люблю, у меня дети азербайджанцы! Но ты же сама знаешь, как у вас к этому относятся! Разве его родные станут это терпеть? И их тоже можно понять!

ГЮЛЯ (негромко)
Да, этих всегда можно понять!

СТАРУХА
Ей надо такой муж найти, у которого уже дети есть!

ГЮЛЯ (злобно)
Завтра пойдем в магазин!

СТАРУХА
Зачем, доктор-ханум, сердишься? Это ведь все правда!

ТЕТЯ ТАНЯ
Я же никого не виню! Но от этого никуда не денешься!

ГЮЛЯ
Тетя Таня, я могу вам поклясться — он ее не бросит никогда в жизни!

ТЕТЯ ТАНЯ
Ох, Гюлечка, ты так говоришь, потому что ты сама такая хорошая! Ты думаешь, все такие! (Гюля морщится.) А я столько подлости в жизни видела! Боже мой!

ГЮЛЯ
Да что с того, что вы видели? Вы сейчас посмотрите! Вы что, Наилькиного мужа первый день знаете? Да разве он когда-нибудь променяет живого человека на детей, которых не было никогда!

ТЕТЯ ТАНЯ
До поры до времени!

НАИЛЯ (врывается в палату)
Гюля, пойдем отсюда! Я ухожу, мамочка!..

ТЕТЯ ТАНЯ
Иди-иди, конечно! Мне ведь уже лучше! Иди, моя дорогая, деточка моя!

————————————————

Комната врачей. Наиля набирает телефон.

НАИЛЯ
Это я! Я скоро буду! Нет-нет, не смей за мной заезжать, слышишь? Я здесь одной минуты не останусь! (Бросает трубку.)

ВТОРАЯ СЕСТРА (качает головой, ехидно)
Разве можно так с мужем разговаривать?

ГЮЛЯ (грозным голосом)
Она не из кино звонит! И не с работы! А муж у нее человек, а не баран!

————————————————

Они спускаются в больничный холл. Гюля помогает ей одеться.

НАИЛЯ
А где Сережка?

ГЮЛЯ
Сегодня день рождения у кого-то из их класса! Они там все собираются!

НАИЛЯ
А ты чего не пошла?

ГЮЛЯ
У меня же дежурство!

НАИЛЯ
Как будто нельзя было с кем-нибудь поменяться!

ГЮЛЯ (смущенно)
Да я не рвусь!

НАИЛЯ
Господи, вы так себя ведете, как будто у вас роман в седьмом классе! А твоим родителям это только выгодно! Как будто ничего нет!

ГЮЛЯ (берет ее за воротник)
Ты разве еще не усвоила, что в наше время никаких родителей не существует?

————————————————



7.

Большая комната, почти целиком заполненная раздвинутым столом. За столом тесно сидят гости. Сережа сидит на подоконнике, за спинами других гостей. Рядом с ним примостился еще один парень.
Входит АЛИК.

АЛИК (с порога)
Привет! Привет всем желающим! Именинник, держи! Где ты? О! кого я вижу! Андреев, это ты?

СЕРЕЖА
Почти!

АЛИК
Ты давно в Баку?

СЕРЕЖА
Нет, всего полгода!

АЛИК
И тебя еще не стошнило?

ГОСТЬ-ОСТРЯК
Он здесь решил на веки поселиться!

СЕРЕЖА (тихо)
Нет, не решил!

АЛИК
Что же ты мне не сказал, я бы тебя заменил в Москве на это время! Сиди-сиди там, я сейчас к тебе пролезу!

Он пробирается за спинами сидящих. Парень и девушка оборачивают­ся к нему, парень хватает его за рукав.

ПАРЕНЬ
Слушай, старик, насчет Гришки — это правда?

АЛИК (мрачнеет, говорит нехотя)
Кто это может знать? Сколько раз эти врачи ошибаются!

ПАРЕНЬ
Его в Москву везти собирались!..

ДЕВУШКА
Привет тебе! Они позавчера улетели! Я накануне Иру встретила — она была черного цвета!

АЛИК
Ира кто такая?

ДЕВУШКА
Гришкина мать!

АЛИК
Она тебе — Ира?

ДЕВУШКА
Иди ты, знаешь куда! Тут не до церемоний!

Алик продирается дальше.
Разговор на другой стороне стола.

II ДЕВУШКА
Нет, я считаю, что если покупать, то самую лучшую! А так — только деньги зря выбросишь!

II ПАРЕНЬ
Дело же не в цене, а в том, что не достанешь!

II ДЕВУШКА
Ну да! Скажи Мурадову — он в два счета сделает!

III ДЕВУШКА (вступает в разговор)
Он молодец! Он для своих — что угодно сделает!

II ПАРЕНЬ
Знаешь, с такими возможностями, как у него, можно быть хорошим!

АЛИК и АНДРЕЕВ обмениваются рукопожатием. Именинник устраивает АЛИКА на свое место, сам устремляется в противоположный конец комнаты.

ИМЕНИННИК (кричит на ходу)
Там есть еще, есть! Там сколько угодно!

АЛИК (Сереже)
После нового года буду защищаться!

СЕРЕЖА
Поздравляю!

АЛИК
Ты-то уже сто лет кандидат!

СЕРЕЖА
Да у нас там, знаешь, все подряд, как на конвейере!

АЛИК
Теперь надо доктором!

СЕРЕЖА
Да я не собираюсь! Разве что ветеринарным!

АЛИК
Напрасно! Пока молодой!..

СЕРЕЖА (смеясь перебивает его)
Алик, а ты уже старый?

АЛИК (строго)
Смотря для чего!

ДЕВУШКА (сидящая за столом перед ними; оборачивается)
Сережка! А ты у отца живешь?

СЕРЕЖА
Ты что, в своем уме?

ДЕВУШКА
А! У тебя своя квартира! Хорошая?

СЕРЕЖА
Ну! Дворец, каких Верона не видала!

Возвращается ИМЕНИННИК с полными тарелками. Оживление у дверей.

ИМЕНИННИК
Вот! Нашему филиалу выделили!

АЛИК
О! Борька пришел! (Продирается обратно.)

СЕРЕЖА (всматриваясь в Борю и его даму)
Это ведь Элка, да? Она какая-то не такая стала!

ИМЕНИННИК (спокойно жует)
Андреев, сиди и не рыпайся! Никакой Элки давным-давно нет! Это его вторая жена!

СЕРЕЖА
Но она же вылитая Элка!

ИМЕНИННИК (тем же тоном)
Ему такие больше нравятся!

СЕРЕЖА
Ох, хорошо, что я здесь сижу! Я бы сейчас ляпнул!

ИМЕНИННИК (кладя вилку на тарелку)
А я тебя нарочно сюда посадил. Дело есть!

На другом конце стола усаживаются Боря и его дама.

БОРЯ
Товарищи, мы сейчас встретили Эльдара Адигезалова, с ним была такая девочка — закачаешься!

I ДЕВУШКА
Это, наверное, его дочка так быстро выросла!

II ДЕВУШКА
У него не дочка, а сын!

I ДЕВУШКА
А по-моему, — дочка!

II ДЕВУШКА
А я тебе говорю — сын!

II ПАРЕНЬ
Он сюда идти не собирался?

БОРЯ
Не знаю, он что-то был не слишком веселый! Сказал, что постарается! Но девочка!.. (Качает головой.)

II ДЕВУШКА
А у него и жена очень хорошенькая!..

АНДРЕЕВ смотрит в окно. Перед ним весь город, вычерченный фонарями.

СЕРЕЖА
Красиво, да?

ИМЕНИННИК (с горечью)
Очень! Вот так, посмотреть — и уехать! Я серьезно тебе говорю — если я отсюда не выберусь, я спячу! Или с собой что-нибудь сделаю!

СЕРЕЖА
Ну что ты! Конечно, делай так, как тебе лучше! Я тоже, знаешь ли, предпочитаю жить в Москве!

ИМЕНИННИК (с мрачной деловитостью)
Конечно, лучше всего устроиться по специальности, но я уже на все согласен!

СЕРЕЖА
Да что ты! С твоей специальностью — куда угодно, с закрытыми глазами! В Москве вообще работы навалом!

Подходят две девушки — одна вся в металлических украшениях, другая без украшений.

ДЕВУШКА с украшениями (целует именинника)
До свидания! Мне пора! Сережа, мой сын тебя забыть не может!

СЕРЕЖА (улыбаясь)
Я его тоже!

ДЕВУШКА
Приходи к нему в гости!

СЕРЕЖА
С удовольствием! Хорошо бы на него посмотреть лет через пятнадцать! (Именинник провожает гостью к выходу.)

ДЕВУШКА без украшений (тихо)
Мне тоже пора! Так я с тобой и не поговорила!

СЕРЕЖА (глядя на ее толстое обручальное кольцо)
У тебя тоже малыш?

ДЕВУШКА (смущенно)
Нет, я ведь совсем недавно замуж вышла!

СЕРЕЖА
А что ж ты его с собой не взяла?

ДЕВУШКА
Да ему бы было здесь не по себе! Он у меня взрослый дяденька. Намного меня старше.

СЕРЕЖА
Ну и хорошо! Зато так надежнее! Когда-то только так и женились!

ДЕВУШКА
Когда-то хоть с этим проблем не было! А то прокантуешься столько лет — а чего ради?

СЕРЕЖА
Главное, чтоб повезло, а когда — неважно!

ДЕВУШКА
Да, везение — это все! Ты про Гришку слышал? (Сережа молча кивает. Девушка вздыхает.) Ой, я даже думать про это не могу! Ладно, пойду!

ИМЕНИННИК (ей навстречу)
Ты куда собралась?

ОСТРЯК
Еще не все пришли, но уже все уходят!

ИМЕНИННИК подает гостье плащ.

КРИКИ
О-о! Кто пришел! Да здравствует советская торговля! Мурадик, иди ко мне!

МУРАДОВ (в прихожей)
Дайте раздеться человеку! (Входит в комнату.) Андрюхин, ты приехал? мой дорогой! Как же я этого не знал! (Пролезает к его окну.)

Сережа и Мурадов рассматривают друг друга, хлопают по плечам и т.д.

МУРАДОВ
Ну как ты, что ты? Худой такой! Небось, работаешь с утра до вече­ра!

СЕРЕЖА
Да нет, наоборот!

МУРАДОВ
Как же, знаю я тебя! Ты смотри, мозги тоже надо кормить! (Устраивается на подоконнике.)

СЕРЕЖА
Что у тебя-то слышно?

МУРАДОВ
Живем-да! Детей растим, в количестве одной штуки! Ты жениться не собираешься?

СЕРЕЖА (не знает, что ответить)
Да вообще-то!.. (Осекается.) Знаешь, Володька, у меня никогда не было такой цели в жизни — жениться!

МУРАДОВ
Я сам, честно говоря, женился только ради мамы! Она очень страдала, что я у нее несчастный!

СЕРЕЖА
Ты, наверное, знаешь про Гришу?

МУРАДОВ
Я их позавчера отвозил на аэродром! Ой, не могу! Ты знаешь, если бы было хоть какое-нибудь средство — где угодно, хоть на Луне, я бы достал! Я бы все сделал! (   ) Говорят, в Москве какие-то йоги это лечат — дыханием, голоданием!

СЕРЕЖА
Насморк они могут вылечить!

МУРАДОВ
Ты, наверное, сам этим занимался?

СЕРЕЖА
Чем я только не занимался!

Прихожая. МУРАДОВ и СЕРЕЖА одеваются. Прощаются с ИМЕНИННИКОМ. Спускаются по лестнице.

МУРАДОВ
Старик, я знаю — ты выше этого, — но хочешь, я тебя приодену? Я ведь все могу достать!

СЕРЕЖА (смеется)
Мурадик, дорогой, меня ведь люди узнавать перестанут! Куда ж я денусь?

————————————————



8.

Огромные ворота, ведущие в больничный двор. Между створками большая щель. Сережа проходит через нее, открывает дверь в проход­ную.

НОЧНОЙ СТОРОЖ
А, москвич! Ты сегодня дежуришь! А сигареты мне принес?

СЕРЕЖА
Принес, дядя Хачи!

СТОРОЖ
Ну, смотри, чтоб в твое дежурство у нас никто не помер!

————————————————

Большая палата. Все спят. Возле одной из коек ГЮЛЯ со шприцем в руках натягивает одеяло на больного.

ГЮЛЯ (шепотом)
Надо было сразу меня позвать!

БОЛЬНОЙ (тоже шепотом)
Как позовешь, доктор, ведь все же спят!

ГЮЛЯ
Я к вам зайду попозже, а пока спите!

БОЛЬНОЙ
Ох, доктор, если б вы знали, как мне все надоело! Как все надоело!

————————————————

Коридор. Пост медсестры. Две женщины в белых халатах пьют чай.

МЕДСЕСТРА
Гюля, там тебя пациент ждет!

II СЕСТРА
Неизлечимый!

Гюля входит в кабинет врача. Андреев сидит за столом. Она останавливается у двери. Он смотрит на нее, не вставая.

————————————————



9.

День. Сережа и Михаил Аркадьевич останавливаются у книжного магазина.

СЕРЕЖА
Нет, Михаил Аркадьевич! Вы постойте здесь! Там душно и вообще!.. (Сережа входит в магазин, Михаил Аркадьевич остается стоять, прислонившись к барьеру, с любопытством рассматривает прохожих.)

————————————————

Внутри магазина. За прилавком — продавец, ленивый и высокомерный.

СЕРЕЖА
Неужели вы не помните, как его звали? (Продавец не смотрит на него и молчит.) А он ничего не говорил о том, куда он уходит? Вы не помните, случайно?

ПРОДАВЕЦ (огрызаясь)
Я вам уже сказал!

СЕРЕЖА
Но, может быть, кто-нибудь из ваших сотрудников знает? (Продавец уходит. Сейчас же возвращается с другим, более энергичным.)

ВТОРОЙ ПРОДАВЕЦ
В чем дело, товарищ? Вам что надо?

СЕРЕЖА (пряча улыбку)
Понимаете, я приехал из Москвы! Я хочу узнать про одного товарища, который здесь работал полгода назад. Я, к сожалению, не знаю, как его зовут, но, я думал, что вам не трудно будет вспомнить!..

ВТОРОЙ
А кто вы такой, чтоб мы вам отвечали? Откуда мы знаем, какие у вас цели? А может, он совсем не хочет, чтоб вы его искали?

СЕРЕЖА
Понимаете, я вообще-то из Москвы!..

ВТОРОЙ
Вот и поезжайте в Москву, а нам не мешайте!

————————————————

На улице.

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Ну, какие успехи?

СЕРЕЖА (отдуваясь)
Уф! Послали меня в Москву! Ну ничего, в Москве бы послали еще дальше!

Выходит уборщица с ведром и шваброй.

УБОРЩИЦА (улыбаясь беззубым ртом)
Вы Айдына ищете? (Они бросаются к ней.)

СЕРЕЖА
Знаете, был здесь такой мальчик, маленький, худой, с усами!

УБОРЩИЦА
Ну да, Айдын! Он здесь больше не работает!

СЕРЕЖА
А он не говорил, куда он уходит?

УБОРЩИЦА
Нет, мне не говорил! Может, сам еще не знал!

СЕРЕЖА
А вы не помните, как его фамилия?

УБОРЩИЦА (улыбаясь)
Я откуда знаю? Я только по именам!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (его внезапно осеняет)
А где он жил, не помните?

УБОРЩИЦА
Далеко жил, в крепости! А раньше он работал на бульваре! На катере, который детей катает! Может, туда вернулся!

СЕРЕЖА (обрадованно)
Может быть! Спасибо вам! Спасибо большое!

Сережа и Михаил Аркадьевич сворачивают на другую улицу.

СЕРЕЖА
Ну что? Может, на сегодня хватит?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Нет, почему же? Мы лучше пойдем в крепость, там очень красиво! Или на бульвар! Там еще лучше!

Они идут по направлению к морю.

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Да, а ведь когда я женился, у нас тоже был грандиозный скандал! Но это мои родственники бушевали! (   ) У нас в семье главным человеком считался дядя Коля! Он был величайший специалист по Гегелю! А мой тесть, он, знаешь ли, шил шапки! Он не то что про Гегеля, он про Канта никогда не слышал! Зато был лично знаком с Шекспиром! (Михаил Аркадьевич лукаво поглядывает на Сережу. Тот изо всех сил сохраняет спокойствие.)

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (громче)
Так вот, я говорю, он был лично знаком с Шекспиром!

СЕРЕЖА (смущенно)
Да-да, конечно!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Это был его сосед! Шекспир Григорян! Прекрасный дядька! Сапожник экстра-класса! Мой тесть тоже был редкостный человек! Но моих родичей это не интересовало! Они были такие интеллигенты! Они не могли сесть за один стол с Шекспиром!

————————————————

Бульвар. Пристань прогулочных катеров. Сережа и Михаил Аркадьевич беседуют с парнем в морской кепке. В будочке сидит кассирша.

ПАРЕНЬ
Нет, он больше здесь не работает! А как же была его фамилия? (Обращаясь к кассирше) Мила, ты не помнишь, как была фамилия этого Айдына?

КАССИРША
По-моему, Салимов!

ПАРЕНЬ
Правильно! Салимов Айдын! Я ему тогда говорил — ты долго в этом магазине не выдержишь! Одно дело книги читать, другое — продавать! Ведь правильно? Так и вышло — да! (Вспоминает.) А еще он говорил, что в случае чего, в Москву поедет, по лимиту устроится! Может, так и сделал!

СЕРЕЖА
Большое спасибо! А адреса его вы не помните, случайно?

ПАРЕНЬ
Он у брата своего жил, где-то в крепости! А точно не знаю!

————————————————



10.

Квартира Адигезаловых. Ибрагим обедает за столом. Входит Марьям, открывает буфет, что-то достает оттуда.

ИБРАГИМ
Долго ты еще будешь возиться?

МАРЬЯМ
Слушай, я готовлю или я танцую?

ИБРАГИМ
Возьми туда, там докончишь!

МАРЬЯМ
Конечно, я буду стоять на чужой кухне, а все будут на меня любоваться!

ИБРАГИМ
Не знаю! Ты тоже не железная! Сколько можно туда-сюда мотаться?

МАРЬЯМ (мрачно)
Столько, сколько придется!

Входит Гюля, кладет на стол большой сверток.

ГЮЛЯ (устало)
Добрый вечер!

ОТЕЦ и МАТЬ (наперебой)
Ну что там? Как она?

ГЮЛЯ
Ну как, как! Держится нормально! (   ) Ребенок весь издерганный!

МАРЬЯМ (со слезами в голосе)
Ему хоть наши подарки понравились?

ГЮЛЯ
Ой мама! (Поспешно) Понравились, понравились!

ИБРАГИМ (указывая на коробку)
А это что такое?

ГЮЛЯ (открывает коробку)
Серебро! Арифа заставила меня это взять! Говорит, пусть у него хоть что-нибудь будет!

ИБРАГИМ
Ни в коем случае! Это очень дорогая вещь! Обязательно отнеси назад!

ГЮЛЯ
Это им наши родственники дарили! Да ладно, я отнесу! Что мне, жалко что ли?

МАРЬЯМ
Ты бы лучше выяснила, из-за чего он все-таки ушел!

ИБРАГИМ
Действительно!

ГЮЛЯ
Да вы что? Шутите, что ли? По-моему, это всем давным-давно известно! Влюбился, вот и ушел!

МАРЬЯМ
Мы ничего такого не знали!

ГЮЛЯ
Да я сама тебе сто раз говорила! Про Лейлу Аббасову, сестру нашего Гасан Ахмедовича! Он ушел из-за нее!

ИБРАГИМ
Что значит — влюбился? Он с ней живет?

ГЮЛЯ
Папа!! Ты что такое говоришь? Ну, прогресс тебя настиг! Азербайджанская девочка, из такой семьи! Там над ней трясутся, не знаю как, а ты с такими предположениями!

ИБРАГИМ
Хорошо, почему он нам ничего не говорит? Он собирается на ней жениться?

ГЮЛЯ
Насколько я понимаю, ее родственники этого не жаждут! Ей всего двадцать лет, она очень красивая! Зачем им нужен разведенный зять?

МАРЬЯМ
Их надо обязательно уговорить!

ИБРАГИМ
Я ни перед кем унижаться не буду!

МАРЬЯМ
Сделать что-то для своего сына — значит унижаться? Ладно, я пошла! Не хватало еще, чтобы он там с голоду умер!

ГЮЛЯ (ей вслед)
Мам, скажи Эльдару, чтоб он обязательно позвонил Арифе! Он уже две недели к ребенку не заходит! Она вообще думала, что случилось что-то!

ИБРАГИМ (подходит к Гюле и говорит вполголоса)
Гюля, я звонил ему сегодня на работу, его там не было. У них там есть одна, с тонким голосом, она сказала, что он в министерстве! А еще она сказала — «почему вы его не покажете врачу, он очень плохо выглядит и вообще!» (Смотрит на нее выжидательно.)

ГЮЛЯ (со вздохом)
Какому врачу ты хочешь его показать?

ИБРАГИМ
Ну, хотя бы невропатологу!

ГЮЛЯ
Папа, сейчас к невропатологам ходят с радикулитом! (усмехаясь) И с аллергией!

ИБРАГИМ (выразительно)
Ты врач, тебе виднее!

ГЮЛЯ
По-моему, его прежде всего надо заставить жить дома! И маме будет легче, и ему веселее!

ИБРАГИМ
Глупости не болтай! Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! Ему надо что-то принимать! Специальное! Есть же такие таблетки! Все говорят — они чудеса делают!

ГЮЛЯ
Папа, скажи пожалуйста, в чем заключается его болезнь? И что, по-твоему, эти таблетки с ним сделают? Заставят его чувствовать то, что тебе нравится, а не ему?

ИБРАГИМ
Не надо, Гюля! Ты понимаешь все не хуже меня! Нормальный человек не станет бросать семью из-за того, что какая-то девушка понравилась ему больше, чем его жена!

ГЮЛЯ (удивленно)
Почему же тогда все разводятся?

ИБРАГИМ (горько)
Все разводятся немножко по-другому! Они сначала заводят новую семью, а потом уже бросают старую! Нормальный человек не станет делать себя бездомной собакой неизвестно ради чего!

ГОЛОС МАТЕРИ
Гюля, иди помоги мне!

————————————————

На кухне. Марьям возится с сумками. Входит Гюля.

МАРЬЯМ
Держи! (Дает ей в руки сумку, вставляет туда кастрюлю. На столе еще несколько набитых сумок.)

ГЮЛЯ
Мама, ты что, собираешься все это тащить?

МАРЬЯМ (печально)
Там фрукты — да!

ГЮЛЯ
Ни в коем случае! Вот (дает ей две сумки). А эти я завтра сама отвезу!

МАРЬЯМ (недоверчиво)
После работы?

ГЮЛЯ
А когда еще?

МАРЬЯМ (уже в дверях)
Гюля… тебе этот звонил!.. Я сказала, что ты будешь попозже!..

ГЮЛЯ
Спасибо, мамочка!..

————————————————



11.

Яркий солнечный день. Сережа и Михаил Аркадьевич взбираются по узким улочкам крепости.

СЕРЕЖА (весело)
Ну что, теперь в какую сторону? (Михаил Аркадьевич показывает пальцем, в какую сторону они пойдут.) А почему не туда?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Там есть один дом, он мне страшно нравится! (Они сворачивают на другую улицу.)

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (хитро улыбаясь)
Да, жизнь очень хитрая штука! Вот ходишь-ходишь, с вполне определен­ной целью — найти такого-то человека! А он в этот самый момент идет к тебе навстречу, но только по соседней улице! Или по этой самой шел, но только три минуты назад!

СЕРЕЖА
Да, иногда так полжизни проходить можно!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (подымая палец)
Вот поэтому, когда происходят великие совпадения, их надо отмечать с особой торжест­венностью!

Слышится восточная музыка. Сережа и Михаил Аркадьевич сворачивают в соседнюю улочку и видят, что она почти вся заполнена огромной брезентовой палаткой.

СЕРЕЖА
Это еще что такое?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Свадьба, наверное! или поминки! Нет, конечно, свадьба!

Они подходят к палатке и загляды­вают в щель. Внутри — роскошный стол, множество гостей, жених с невестой и проч.

ТАМАДА (стучит ножом по тарелке)
Товарищи! Прошу внимания, товарищи! Я хочу поднять этот бокал за здоровье Эдика и Вовы, которые не побоялись проделать такой путь, чтобы поздравить своего двоюродного брата!

Девочка лет тринадцати, сидящая возле входа, вскакивает, держась за живот.

МАТЬ ДЕВОЧКИ (сердито)
Ира, ты куда?

ДЕВОЧКА (давясь от смеха)
Я сейчас, сейчас!

Девочка выходит на улицу и хохочет; видит Сережу и Михаила Аркадьевича, которые смущенно отходят от своей дыры.

ДЕВОЧКА (рассматривает их с большим интересом)
А вы кого-нибудь ищете?

СЕРЕЖА
Нет! То есть — да! Мы вообще-то ищем Айдына Салимова! Ты его, случайно, не знаешь?

ДЕВОЧКА
Не-а! А вы приезжие, да?

СЕРЕЖА и МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (в один голос)
Да! Да!

ДЕВОЧКА
Сразу видно!

МАТЬ ДЕВОЧКИ (выходит, очень сердитая)
Ира, сейчас же иди назад! (Подозрительно оглядывает Сережу и Михаила Аркадьевича.)

СЕРЕЖА
Михаил Аркадьич! Пойдемте отсюда! Если они позовут милицию, вряд ли мы сумеем ей что-нибудь объяснить!

Они опять идут такими же улочками. На мостовой и тротуарах играют дети; взрослые играют в нарды, просто сидят; чинят машины, идут по своим делам.

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Какой день, а?

СЕРЕЖА
Гениальный!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Вот такой же был день, когда хоронили моего отца! Он умер от инфаркта, как и я! Единственный был из всех, кто меня понимал! Он, конечно, виду не подавал, Боже упаси! Но я это всегда чувство­вал! Наверное, потому, что он меня никогда не пытался перевоспиты­вать! Все остальные только этим и занимаются! До сих пор! Даже внуки, ей-богу! Они еще разговаривать не умели, а я уже читал в их глазах немой укор!

СЕРЕЖА (смотрит на часы)
Мы сегодня опять из графика вышли! Ну ничего, я вас провожу и буду защищать до последней капли крови!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Ты поедешь со мной? А как же твоя девочка? Разве ты не собирался с ней увидеться?

СЕРЕЖА
Она сегодня брата своего ведет к врачу! Или наоборот, врача к нему! Как получится!

————————————————



12.

Больница. Ходячие больные сидят в очереди к медсестре. Она делает укол одному из них, лицо его кривится. Сестра, не глядя на него, бросается к другому.

————————————————

Кабинет врача. Гюля и старенький доктор заполняют бумажки за письменным столом.

ГЮЛЯ
В общем, все вышло как надо! Теперь он со мной не разговаривает! Я во всем виновата, я из него делаю сумасшедшего!

ДОКТОР
Ну, естественно! Раз ты врач, значит, идея была твоя!

ГЮЛЯ
Мне, собственно, все равно! Пусть лучше на меня злится, чем на родителей! Я-то переживу!

ДОКТОР (очень авторитетно)
Во всяком случае, лучшего врача ты в городе не найдешь!

ГЮЛЯ
Он сказал, что если надумаем класть его в больницу, то лучше, конечно, везти в Москву!

ДОКТОР
Несомненно, если есть такая возможность!..

ГЮЛЯ
Да не ляжет он туда ни за что на свете! Он себя больным не считает, и я не считаю! Сволочь он, но это совсем другое дело!

ДОКТОР
Ты не права, Гюлечка! Он, может быть, и хочет себя в руки взять, а не может! Этим больной от здорового и отличается!

ГЮЛЯ
Он прекрасно знает, чего он хочет и чего не хочет! О родителях по­думать он не хочет, это совершенно точно! Господи, лишь бы он ел, хоть что-нибудь!

ДОКТОР
А он что, — совсем не ест? (Гюля отрицательно мотает головой. Доктор вздыхает.) Ну смотри, если понадобится направление или что — я все сделаю!

ГЮЛЯ
Спасибо, Семен Григорьевич, дорогой, спасибо!

————————————————

Сережа и Гюля у дверей квартиры Адигезаловых.

————————————————

Гюля входит в дом. Отец бросается ей навстречу.

ИБРАГИМ
Слава Богу, наконец, ты пришла! Я просто места себе не нахожу!

ГЮЛЯ
А мама где?

ИБРАГИМ
Она там осталась, у Эльдарки! Я бы тоже там остался, но мне ведь на работу! Плохо, плохо дело, Гюля! Она завтра врача ему вызовет, чтоб бюллетень дали! Он на ногах не стоит, а ты говоришь — он не болен, он не болен!

ГЮЛЯ
Папа, тебе надо пойти к Гасан Ахмедовичу, и чем скорее, тем лучше!

ИБРАГИМ (кричит)
А-да, при чем тут твой Гасан Ахмедович?! Человек болен, болен, ты понимаешь или нет?!

ГЮЛЯ
Как только он узнает, что он может жениться на Лейле — пусть даже не сразу, а хоть через десять лет, — он моментально выздоровеет!

ИБРАГИМ (с некоторой долей облегчения)
Не знаю, не знаю! Раньше надо было это делать!

ГЮЛЯ
Когда раньше? Когда у него еще развода не было?

ИБРАГИМ
Да, хорошая история! Красивая! (   ) Накапай мне чего-нибудь, я больше не могу! (Они идут на кухню. Ибрагим падает на табурет. Гюля дает ему капли и прислоняется к подоконнику.)

ГЮЛЯ
Все равно тебе придется к ним пойти! Они такие люди, что называется, старозаветные! Может быть, они именно этого ждут, и дело только в этом! В конце концов, почему они его на порог не пускают? Он не урод, не тунеядец и не первый человек в мире, который развелся! И девочке он нравится, раз она продолжает с ним встречаться!

ИБРАГИМ
А почему они ей не запретят? В этом тоже что-то странное! Что-то не то!

ГЮЛЯ
По правде сказать, меня это тоже удивляет! Но этим кончится, скорее всего! А с другой стороны — сейчас не каменный век!..

ИБРАГИМ
Вот именно, моя дорогая! Сейчас не каменный век, и если девушка очень хочет, то никакая семья ее не остановит! Я извиняюсь, но твой друг Андреев тоже здесь ни разу не был, во всяком случае при мне!

ГЮЛЯ
Он здесь был последний раз на Эльдаркином дне рождения ровно десять лет тому назад! Они были тогда на первом курсе, а я в восьмом классе! (Она отворачивается и смотрит в окно.)

ИБРАГИМ
Неужели ты с ним даже не переписывалась? (Гюля смотрит в окно.) А на что же ты рассчитывала, можно тебя спросить? Ведь это же чистая случайность, что он за столько лет не женился! Это же сто раз могло произойти! Что бы ты тогда делала? Так бы и не вышла замуж? (Внезапно его осеняет) Слушай, а может, ты тоже ненормальная?

ГЮЛЯ (поворачивается к нему, улыбаясь)
Ну конечно! Разве ты не знаешь, что психические болезни всегда наследственные! Мы оба пошли в твоего дедушку! Помнишь, ты рассказывал, что он в один прекрасный день бросил семью и свою лавку и стал дервишем!

ИБРАГИМ
Слушай, оставь моего дедушку в покое, ладно! Это сто лет назад было, и все, по крайней мере, считали, что в этом есть какой-то смысл! А в том, что твой брат выделывает, какой смысл, хотел бы я знать?

ГЮЛЯ
Папочка, тебе, знаешь, что нужно знать? Телефон профессора Аббассова! Завтра ты его получишь!

ИБРАГИМ
А он мне скажет — вы обратились не по адресу, вам к врачу надо идти с вашим сыном!

ГЮЛЯ
Ты лучше подумай, что ты ему скажешь! Он не обязан знать, болен Эльдар или нет!

ИБРАГИМ
Гюля, я тебе еще раз говорю, если бы ей было надо, она бы наплева­ла на своих родных! Как ты на нас! Вот я приду, ему скажу — моя дочь на меня плюет, пускай ваша сделает то же самое!

ГЮЛЯ
Она ему не дочь, а сестра! Их отец давным-давно умер! Гасан Ахмедович вырастил Лейлу и двух младших братьев! Он ради них не женился! Конечно, если у нее есть совесть, она должна вдвойне с ним считаться!

ИБРАГИМ
А ты с нами — нет? (Гюля сидит, вся сникшая от усталости, она молча подымает на него глаза.)

ИБРАГИМ
Ладно, я ничего не говорю! Я, конечно, туда пойду, если не умру по дороге!

————————————————



13.

Пустая улица. Идет редкий дождь.

————————————————

Квартира. Старая женщина в черном закрывает окно, вытирает тряп­кой подоконник, на который упали дождевые капли. Переходит в другую комнату, видит там Лейлу, которая плачет.

МАТЬ
Ты что, опять плачешь?

ЛЕЙЛА
Плакать тоже нельзя?

————————————————

Большой кабинет. ГАСАН АХМЕДОВИЧ работает за письменным столом. Входит мать.

МАТЬ
Она опять плачет!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Позови ее сюда!

Мать уходит. Он очень мрачен. Входит Лейла, подходит к его столу.

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Я думал, что мы с тобой обо всем уже поговорили! (Она тяжело вздыхает.) Вот ты снова плачешь! А ты представь себе, как ты будешь плакать, если у тебя родятся ненормальные дети?

ЛЕЙЛА (собравшись с духом)
Все-таки, я не понимаю, почему я должна считать человека сумасшедшим, раз он меня любит! Вот если бы он меня ненавидел ни с того, ни с сего, — тогда конечно!

Гасан Ахмедович откидывается в кресле, смотрит в сторону, затем — на Лейлу.

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Вот, тебя зовут Лейла! А ты знаешь, что значит «Меджнун»?

ЛЕЙЛА
Я не понимаю! Ты шутишь, что ли?

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Ничего я не шучу! «Меджнун» — что значит?

ЛЕЙЛА
Ничего не значит! Имя такое!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Ошибаешься! «Меджнун» по-арабски значит сумасшедший! Ты «Лейли и Меджнун» читала?

ЛЕЙЛА (пожимая плечами)
В театре видела!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Почему Лейли за него не выдавали?

ЛЕЙЛА
Он был бедный, она богатая!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ (пряча улыбку)
Нет, не поэтому, а именно потому, что ты сама сейчас сказала! Потому что он ее любил, и из-за этого все считали его сумасшедшим!

ЛЕЙЛА
Но ведь все люди кого-нибудь любят! Почти все!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Вот здесь и проходит граница между людьми нормальными и... нездоровыми! Человек во всем, что он делает, должен руководствоваться разумом! А если он ни о чем, кроме своей любви, думать не хочет, так что самого себя готов уничтожить, то эта любовь никому не нужна! И сам он тоже! (   ) И родители этой Лейли, которая жила в Арабистане тысячу лет тому назад, поступили совершенно правильно. У них сработал инстинкт сохранения рода! А многие поэты хорошо на этом заработали!

ЛЕЙЛА
Ты смеешься, а человек, может быть, из-за этого умирает!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Уже умирает? Не слишком ли быстро? Я только предположил его болезнь, а он уже умирает!

ЛЕЙЛА
Как ты можешь?

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Ладно, это не тема для шуток! (Прищурившись) Так он действительно болен? (Лейла опять плачет.) Не бойся, не умрет! Вылечат! Сейчас и не такое вылечивают! Его родные о нем позаботятся! Сестра у него врач! Она все еще не вышла замуж?

ЛЕЙЛА
Нет!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Не беспокойся, она найдет, чем его лечить! У нее еще в институте голова за троих работала! А ты, пожалуйста, возьми себя в руки!

ЛЕЙЛА
Почему ты с самого начала не запретил мне с ним встречаться? Я ни от кого ничего не скрывала!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
А я и сейчас тебе ничего не запрещаю! По-моему, тебя всегда воспитывали, как свободного человека, а не как гаремную единицу! И я даже очень рад, что в тебе говорит совесть и чувство долга!
Но ты должна взвесить, моя дорогая, кому ты больше должна — человеку, с которым ты знакома всего полгода, или твоим родным!
Ты знаешь, как к тебе относятся твоя мать и твои братья! А я могу тебе сказать, что если ты выйдешь замуж за этого Адигезалова, — ты отравишь всю мою жизнь!

ЛЕЙЛА
Я никогда этого не сделаю!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
А я в этом и не сомневаюсь! А пока пойди к маме, я хочу еще час поработать!

Лейла уходит. Он встает, закрывает все книги, разложенные на столе, складывает все бумаги и прячет в стол. Подходит к окну. Дождь кончился, но очень пасмурно и большие лужи. Мать тихонько заглядывает в комнату, закрывает за собой дверь, подходит к нему, говорит вполголоса.

МАТЬ
Пока она здесь была, звонил его отец! Я сказала, что тебя дома нет!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Как звонил?! Чей отец?!

МАТЬ (растерянно)
Я не знаю! Сказал — Адигезалов! Я решила, что это его отец!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Он будет еще звонить?

МАТЬ
Откуда я знаю? Наверное! (Испуганно) А что, ты все-таки хочешь с ним поговорить?

ГАСАН АХМЕДОВИЧ (резко)
Нет! Я не буду с ним говорить! (Пауза.) Говорить с ним придется тебе!

МАТЬ
Что?! Да ты что?! Как я буду говорить? С чужим человеком! Что я ему скажу? Зачем, вообще, ему сюда приходить? Раз ты не хочешь!..

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Я ничего еще не сказал о том, что я хочу и чего не хочу! Этого человека обязательно надо принять! Но я с ним разговаривать не буду! Это сделаешь ты!

МАТЬ
Пожалей ты меня, ради Бога! Что я ему буду говорить?!

ГАСАН АХМЕДОВИЧ
Ты ему скажешь, на каких условиях мы разрешим Лейле выйти замуж за его сына!

————————————————



14.

Сережа стоит в телефонной будке.

СЕРЕЖА (в трубку)
Мы будем тебя ждать в три часа возле памятника! Как раз напротив нашей школы!

————————————————

Нагорный парк. Что-то вроде открытого кафе. Гюля, Сережа и Михаил Аркадьевич сидят за столиком. Сережа наливает вино в бокалы.

ГЮЛЯ
А за что же мы будем пить?

СЕРЕЖА
Как за что? За здоровье Эдика и Вовы! За то, что они не побоялись!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Да, это был незабываемый поступок!

Все пьют. МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ наливает по-новой.

ГЮЛЯ (смущенно)
Михаил Аркадьевич! А вам, вообще-то, можно пить?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
А почему это мне нельзя? Разве я когда-нибудь говорил, что я — правоверный мусульманин?

СЕРЕЖА
Нет, он совсем не правоверный мусульманин! Он страшный еретик!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (делая большие глаза)
Страшнейший! (Он доливает в бокалы, в которых осела пена.) Бессмертной истины вино — постигнуть трезвым не дано! (Подымает бокал.)

Саги! Воистину прекрасно
Вино любви твоей предвечной!

————————————————

Они идут втроем по аллее Нагорного парка.

————————————————

Гюля и Сережа идут по темной улице. Маленький скверик возле памятника.

СЕРЕЖА
Посидим? (Они садятся. Молчат.) Так мы с тобой и не поехали в Шемаху!

ГЮЛЯ
С этим Эльдаром, кажется, мы все попадем в другое место!

СЕРЕЖА
Да ну их, эти поездки! А потом — там все равно одни новые дома, смотреть нечего!

ГЮЛЯ
Зато здесь есть на что посмотреть!

СЕРЕЖА
Гюля, так нельзя! Ты так с ума сойдешь! Делай, что можешь, но думать об этом с утра до вечера!..

ГЮЛЯ
А куда деваться? Мне что — нравится это? Я, знаешь, двадцать пять лет о нем не думала! Брат и брат! Все люди братья! А теперь!.. Он умирает, ты понимаешь это?

СЕРЕЖА
Ну зачем ты так говоришь? Он же согласился что-то принимать!..

ГЮЛЯ
Это еще хуже! Он только потому согласился, что ему уже все — все равно! Ему эти лекарства ни черта не дадут!

СЕРЕЖА
Гюлечка! У него здоровый организм! Мама заставляет его есть! Ну от чего он может умереть!

ГЮЛЯ
От тоски! От бессмысленности жизни! Боже мой, Боже мой! Что же на него наехало?! Жил себе и жил! Машину покупать собирался! И вдруг — на тебе! Прозрел! Сменил мещанское счастье на высокую любовь! Сначала бросил жену с ребенком, теперь себя в гроб вгоняет и всех остальных — туда же!..

СЕРЕЖА
В чем же ты его обвиняешь? Что он больной? Или что он дурак? Разве это не одно и то же? Он ведь эту девочку любит, ты сама знаешь! Ну что, он виноват, что он не соображает, куда ему девать эту любовь, если он на ней женится?! Ты же ему свою голову не поста­вишь!

ГЮЛЯ (вставая)
Да, это был бы самый лучший вариант! (Они снова идут по улице.)

СЕРЕЖА (неуверенно)
Вот поехали бы мы в Москву, взяли бы его с собой!.. Может, он там в себя придет! (Гюля молчит. Внезапно она останавливается.)

ГЮЛЯ
Слушай, Сережка, я тут вконец обалдела!.. Что у тебя с работой? Ведь ты же не можешь вечно находиться в командировке!

СЕРЕЖА
О, что есть наша жизнь, как не вечная, то есть временная!..

ГЮЛЯ (перебивая)
Не валяй дурака! Что тебе сказали, когда ты последний раз ездил в Москву?

СЕРЕЖА
Гюля-ханум, я надеюсь, что этот раз был не последний!

ГЮЛЯ
Ну что ты издеваешься? Имею я право знать, сколько ты здесь еще пробудешь?

СЕРЕЖА
Гюля-ханум, я здесь пробуду столько, сколько мне понадобится!

ГЮЛЯ
Ну а с работой что же будет?

СЕРЕЖА
Ах она бедняжка! Что же с ней будет?

ГЮЛЯ
Да ты что? Не хватало еще, чтоб ты из-за меня без работы остался!

СЕРЕЖА
У нас в стране безработных нет, ты что-то путаешь!

ГЮЛЯ
Нет, Сереженька, это не годится! Представляешь, что скажут твои родители!

СЕРЕЖА
Гюль, а Гюль! Давай пойдем скорее! Узнай лучше у своего папы, что он собирается говорить этим самым!

ГЮЛЯ
Зачем ему еще что-то говорить? Он уже и так сделал все, что мог! Сначала потащил его к психиатру, чтобы весь город узнал, что у него сын ненормальный, — а теперь пойдет его сватать!

————————————————



15.

Квартира Адигезаловых. День. Марьям сидит в неудобной позе, уставившись в одну точку. Хлопает входная дверь. Марьям вздрагивает. Входит Ибрагим.

ИБРАГИМ
Это я!

МАРЬЯМ
Ну что?

Он проходит через комнату, садится на диван.

ИБРАГИМ
Когда я умру, меня, пожалуйста, в ящик не кладите! Похороните меня просто в земле!

МАРЬЯМ
Это все, что ты мне хочешь сказать? (Он молчит.) Ты мне больше ничего не хочешь сказать?!

ИБРАГИМ
Ни-че-го!

МАРЬЯМ
Хорошо! Хорошо! Теперь я знаю, что мне надо сделать! Я себя керосином оболью! А что мне остается? Мой сын умирает! Ты, вместо того, чтобы ему помочь, заявляешь такие вещи! Эта дрянь думает только о себе и о своих развлечениях! Зачем мне жить?

ИБРАГИМ
Слушай, Марьям! Ты что это говоришь? Это кто о себе думает? Моя дочь, да? Это она о себе думает? Другая на ее месте давным-давно уехала бы в Москву!

МАРЬЯМ
Ты за нее не беспокойся! Она делает только так, как она сама считает нужным! Ее никто никогда не заставит! Что бы она ни делала, она всегда будет госпожа!

ИБРАГИМ
Ты что, надеешься ее изменить?

МАРЬЯМ
Мои надежды кончились! Все кончились!

————————————————

Двор. Гюля бежит к подъезду, потом поднимается по лестнице.

————————————————

ГЮЛЯ (вбегая в комнату)
Папочка! Ну что? Что?

ИБРАГИМ
Гюля! Я уже давно!.. Гюлечка! Ты скажи, за что мы тебя целый год мучаем? Что ты здесь видишь, кроме оскорблений? Ты в жизни что-нибудь плохое сделала? Я что, этого не знаю?

ГЮЛЯ (испуганно)
Папа, что ты говоришь?

ИБРАГИМ
Ты думаешь, я не знаю, какая ты? Да лучше тебя есть на свете хоть один человек?

ГЮЛЯ (кричит)
Папа, что с тобой?! Что случилось?!

ИБРАГИМ
Ничего не случилось!

ГЮЛЯ
Ты там был?

ИБРАГИМ
Гюля, там ничего не получится! Я не виноват, клянусь тебе! Всё! Всё! Потом об этом! Я не могу сейчас! Марьям! Ты уходишь? Подожди, я с тобой!

МАРЬЯМ
Тебе же завтра на работу!

ИБРАГИМ
Ничего, я уже там ночевал, я привык! Гюля, этот мальчик, если хочет, пусть приходит сюда! Надо что-то решать! У тебя не две жизни, у него тоже!

ГЮЛЯ
Папа, может мне поговорить с Гасан Ахмедовичем?

ИБРАГИМ (кричит)
Я сказал — все!! Ты будешь заниматься своими делами! Хватит! Не сегодня, по крайней мере!

МАРЬЯМ (подходит к нему)
Пойдем! (К Гюле) Дверь на цепочку закроешь!

Гюля бродит по пустой квартире. Подходит к телефону, подымает трубку, кладет обратно. Уже глубокая ночь. Она все не ложится.
Рассвет. Гюля, закутанная в большой черный платок, стоит у окна. Рассветает над плоскими крышами, над совершенно пустыми дворами, над безлюдным берегом-бульваром. У самой воды носятся и кричат чайки.
Пустой переулок.

————————————————



16.

ДЕНЬ. Огромный двор. В центре играют в футбол. Дети носятся, играют в классы, в веревочку. Взрослые занимаются своими делами прямо во дворе. Старуха, сидя на земле, стегает шерсть. Двое мужчин в пижамах заняты шашлыком. Какой-то старик читает вслух желающим газету.
Сережа и МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ пересекают двор, здороваясь направо и налево. Входят в подъезд, поднимаются по лестнице. На всех дверях — таблички с именами хозяев. Они останавливаются перед дверью с надписью «М. А. Цатурян».

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (щелкает по табличке)
Проект надгробной надписи! (Звонит.)

Им открывает немолодая женщина, очень величественная и красивая.

НИНА
Добрый день! Надеюсь, ты не потерял ключ, Миша?

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (позвякивая ключом)
Нет-нет! Просто, когда я вижу эту штуку (показывает в сторону двери), я каждый раз сомневаюсь, туда ли я попал!

НИНА
Зато теперь все проходимцы знают, куда им сразу обращаться, и мо­гут не беспокоить соседей!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Нина! Где ты видишь проходимцев? На этой картине — два кандидата наук!

НИНА
Ну и что? Зато уголовник, которого ты не так давно приводил ночевать, наверное, уже стал доктором! Своих наук, конечно!

НАТА (хорошенькая девочка с толстой косой)
Мам! Какой он тебе уголовник? Он что, самого себя вез в тюрьму, что ли? Он брата своего ехал навестить!

НИНА
Ну, я думаю, там разберутся в его характере! Особенно, если он предъявит им наши ложки!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Да! В нем не вовремя взыграл эстетизм, и он прихватил с собой наши ложки! Очень красивые!

НАТА (вытаскивает ложку из буфета)
Вот такие! (Объясняет) Эта грязная на кухне лежала!

НИНА (подает М. А. блюдечко с таблетками и стакан воды)
Редкий случай! Можно посмотреть на то, чего уже нет!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (проглотив таблетки)
Нина! Нас обедом надо кормить, а не воспоминаниями!

————————————————

В ванной. МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ умывается, Ната подает ему полотенце.

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Тут меня не слишком ругали?

НАТА
Ну что ты, ты же сегодня молодец!

В комнате. Все усаживаются за стол.

НИНА (к Сереже, продолжая разговор)
Я так буду вам благодарна!

СЕРЕЖА
Ну что вы, ерунда какая! Мне бы только попасть в Москву!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
В чем дело? Нина, ты, пожалуйста, не давай ему никаких поручений! У него своих дел по горло, а в твоих он ничего не понимает!

СЕРЕЖА
Михаил Аркадьевич! Вы будете себя вести согласно достигнутой договоренности? (Делает Нине знак, чтобы она не сердилась.)

НИНА (очень светски)
Тебя послушать, так жить по-человечески — это по меньшей мере уголовное преступление! Он ведь тоже человек! Он женится, у него будет семья! Появятся такие же заботы и такие же проблемы!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
А я вот не хочу, чтоб у него были такие проблемы!

НИНА
Миша, с таким несерьезным отношением к жизни!..

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Это у меня оно несерьезное? Да ты вообще знаешь, что такое жизнь? Ей-богу, это не то, что ты за нее принимаешь!

НИНА
Что делать! Темный я человек! Можешь меня просветить!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
Не бойтесь, мадам, я не такой дурак, как вы думаете! Если Вам самой ничего в голову не приходит!..

НИНА
Мишенька, у нас с тобой двое внуков, а ты хочешь, чтобы я была такой же, как в двадцать лет!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (входит в раж)
Да хочу! Представь себе, хочу! Ты что, можешь запретить мне хотеть?

НАТА
Папа, с тобой невозможно о чем-нибудь договариваться!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
А я ничего такого не говорю! (Подмигивая) Ничего нового!

НИНА (к Сереже)
Я все хочу вас спросить, как этот мальчик, у которого депрессия?

СЕРЕЖА
К сожалению, все так же, если не хуже!

НИНА
Ах, какой ужас! Несчастные родители! (К Михаилу Аркадьевичу) Леночка звонила перед вашим приходом! Сашеньке уже разрешили гулять, а у Анечки опять температура поднялась! Никак не проходит!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ (его словно подхлестывает)
Если бы Леночку что-нибудь на свете интересовало, кроме ее детей, они бы столько не болели!

НИНА (чуть не со слезами)
Миша! Я тебя прошу! Я тебе уже говорила! Пусть я буду у тебя кем угодно! Но я с ума схожу, когда ты с таким бессердечием говоришь о детях!

МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ
По-моему, я схожу с ума по этому поводу!

НИНА (опять говорит примирительно)
Ну что ты хочешь от бедной Леночки? Она так хорошо кончила институт, работает, и это при том, что у нее двое маленьких детей! Ну чем она перед тобой виновата? Тем, что она не Эйнштейн?

Ната хихикает с чувством собственного превосходства. МИХАИЛ АРКАДЬЕВИЧ, который уже «опомнился», тоскливо разглядывает надпись на банке.

НИНА
Тебя послушать, мы здесь все злодеи, мещане и полные идиоты! Натка, а ну покажи Сереже, какую ты задачу решила на олимпиаде! Никто больше не сумел!

НАТА (вреднющим голосом)
А вот не покажу!

НИНА
Это еще что такое?

НАТА
А потому что он сказал, что он математику разлюбил!

СЕРЕЖА (очень кисло)
Ну, я пошутил!

НАТА
А я все равно обиделась!

————————————————



1
7.

Утро в больнице. Шум, суета. Нянечки развозят тележки с завтраками. Старенький доктор идет по коридору, здоровается со встречными. Замечает больного, который стоит у окна.

ДОКТОР
Это еще что за новости? Кто вам разрешил?

БОЛЬНОЙ
Устал лежать, доктор! Сил моих нету!

ДОКТОР
Немедленно на место!

————————————————

В палате. Гюля с тонометром в руках садится на край кровати.

БОЛЬНОЙ (радостно)
Доктор, я сегодня без снотворного до шести часов!.. (Видя ее безразличие, обиженно умолкает.)

Гюля мерит ему давление, смотрит невидящими глазами на табло.

БОЛЬНОЙ
Доктор, мне больно!..

Гюля перематывает манжетку, делает все заново.

БОЛЬНОЙ (громко)
Мне больно! Вы делаете мне больно!

ГЮЛЯ (оторопело смотрит на тонометр)
Он испортился! Я сейчас!

————————————————

Ординаторская. Гюля сидит на тахте.

МЕДСЕСТРА (входит)
Гюля, тебя Семен Григорьевич!

Гюля встает и тут же падает на пол.

————————————————

Гюля лежит на тахте, вокруг — все отделение. Медсестра развинчивает шприц.

СТАРЕНЬКИЙ ДОКТОР
Ну хорошо! Ну, уже все в порядке! (Гюля слегка кивает. Все начинают расходиться.)

МЕДСЕСТРА (на ухо Гюле)
Гюля, что с тобой? Может быть?..

ГЮЛЯ
Нет-нет! Все нормально! Где мои туфли?

————————————————

Кабинет.

СТАРЕНЬКИЙ ДОКТОР
Я отпущу кого-нибудь из девочек тебя проводить!

ГЮЛЯ
Не надо, Семен Григорьевич! Я пойду, мне близко!

————————————————

Гюля бродит по городу. Садится на какую-нибудь скамейку, потом идет дальше. Снова садится, снова идет.

————————————————

Вечер. Квартира Адигезаловых. Марьям и Ибрагим то подходят к окну, то прислушиваются к шуму на лестнице.

ИБРАГИМ
Все! Она больше домой не придет!

МАРЬЯМ
Это я виновата! Но я не могла ей этого не сказать, не могла!

ИБРАГИМ
Я тебе не должен был говорить!

МАРЬЯМ
Ну убей меня за это, убей!

ИБРАГИМ
Собирайся, пойдем! Я не могу здесь больше оставаться!

————————————————

Улица. Гюля входит в телефонную будку.

————————————————

В пустой квартире звенит телефон.

Гюля опять набирает номер. Рядом с будкой останавливается машина. Гюля хочет выйти. В машине сигналят. Гюля пугается, пытается вернуться обратно в будку. Из машины выглядывает Мурадов.

МУРАДОВ
Что, испугалась своего старого пионервожатого?

ГЮЛЯ
Ох, ну тебя, Володька!

МУРАДОВ
Куда звонишь в столь поздний час?

ГЮЛЯ
Домой! А там никого нет!

МУРАДОВ
Вот счастье! Везет же некоторым! Слушай, раз такое дело, поехали кататься!

ГЮЛЯ (садясь в машину)
А у тебя там не будут волноваться?

МУРАДОВ
А у меня там ко всему привыкли!

Машина едет по темному городу. Гюля и Мурадов молчат. Наконец, Гюля замечает, что они в третий раз проезжают одно и то же место. Она даже высовывается в окно, чтобы убедиться в этом. Мурадов замечает ее реакцию и останавливает машину.

МУРАДОВ
Я этот дом ненавижу!

ГЮЛЯ
А здесь ведь уже никто не живет!

МУРАДОВ
Ты думаешь, я этого не знаю? А мне все равно! Ненавижу и все! (Смотрит на дом, затем переводит взгляд на Гюлю.) Слушай, Гюль, а правда, что твой брат... заболел, а жена его за это из дома выгнала? (Гюля смотрит на него изумленно, потом делает движение, словно кивая.)

МУРАДОВ
Боже мой! Ну люди! До чего дошли! Ой-ёй-ёй! Вот так, живи на свете, чтобы с тобой в любой момент могли такое сделать! Гюля, а ты сама-то замуж не собираешься?

ГЮЛЯ (со страшной усмешкой)
Собираюсь!

МУРАДОВ (испугавшись ее интонации)
А за кого, если не секрет?

Несколько мгновений она молчит, потом, рыдая, бросается ему на шею.

МУРАДОВ
Гюлечка, родная моя, дорогая, золотая!

————————————————

В машине. Гюля с каменным лицом смотрит перед собой. Мурадов сидит, схватившись за голову.

МУРАДОВ
Гюля, это невозможно, ты пойми, это невозможно! Ты этого не сделаешь! Да я лучше убью этого человека!

ГЮЛЯ
Это не облегчит сложившуюся ситуацию!

МУРАДОВ
Да что это вообще такое? Как он смеет такое требовать?

ГЮЛЯ
Он ничего не требует, Володя! Он из ума не выжил! Но он не хочет видеть свою сестру в нашей семье, когда он... (осекается) вот так ко мне относится! Он не желает чувствовать себя бедным родственником! И это его право!

МУРАДОВ
А у тебя, значит, никаких прав нету?

ГЮЛЯ
Как это — нету? У каждого полное право делать так, как он считает нужным! И каждый так и делает!

МУРАДОВ (шепотом)
А он очень старый?

ГЮЛЯ (мрачно усмехаясь)
К сожалению, не очень!

МУРАДОВ
Нет, нет! Этого все равно не будет! Это сумасшествие чистой воды! Да ты сама посуди! А если бы ты уже была замужем?

ГЮЛЯ
Все есть, как есть! По-другому не бывает! (Она низко опускает голову.)

Они сидят молча. Мурадову делается дурно от тишины. Он поворачивает ручку радио и тут же выключает его.

МУРАДОВ
Я Сережку видел как-то раз! Но он мне ничего не рассказывал! Я вообще думал, что он давным-давно в Москве! (Гюля отрицательно ка­чает головой. Мурадов трогается с места.) Знаешь что? Давай мы сейчас же к нему поедем!

ГЮЛЯ
Володя, ты с ума сошел! Там же все спят!

МУРАДОВ
Ну и что? Они будут спать, а ты тут самоубийством заниматься?

ГЮЛЯ
Володя, остановись, я сейчас из машины выброшусь!

МУРАДОВ (кричит)
Да не туда я еду, не туда!

Машина мчится по ночному городу.

МУРАДОВ
Я как посмотрю — что с нашим классом сталось, Боже мой! Ты про Гришку слышала? (Гюля кивает.) А теперь — вот — твой брат! (   ) Я всегда думал, что хоть у Андреева все хорошо, — а что теперь получается?

ГЮЛЯ (еле слышно)
Все равно у него будет все хорошо. (Отворачивается.)

МУРАДОВ (понимает ее слова по-своему)
Ты так думаешь? (Гюля не отвечает. Он тяжело вздыхает, грустно качает головой.) Ну, тебе виднее!

Машина едет по городу мимо каких-то безликих строений.

МУРАДОВ
Гюль, а помнишь, как я ваш класс водил на лимонадный завод, на экскурсию? Вы так там все перепились! Мы с Маринкой с трудом вас оттуда вытащили!

————————————————



18.

Комната Сережиной матери. Сережа и Гюля.

СЕРЕЖА
Ты сумасшедшая! Ты изуверка! Ты понимаешь, что ты говоришь? (Гюля молчит.) Ты понимаешь, что ты делаешь?

ГЮЛЯ (глухо)
Другого выхода нет!

СЕРЕЖА
Ты понимаешь, что если бы тебя заставляли умереть, это было бы легче в тысячу раз!! Так умрешь — и все! А так надо умирать каждый день!

ГЮЛЯ
Но этого никто не предлагает!

СЕРЕЖА
Чего?

ГЮЛЯ
Чтобы я умерла!

СЕРЕЖА
Хорошо! А что будет со мной — уже совсем неважно?

ГЮЛЯ
Это важнее всего!

СЕРЕЖА
Для кого?

ГЮЛЯ
Для меня! Я тебя люблю! Я тебя люблю всю свою жизнь!

СЕРЕЖА
Ты не сделаешь этого!

ГЮЛЯ
Ты пойми… так получилось не по нашей вине, но теперь... что бы мы ни сделали!.. Ты пойми, когда... когда она мне сказала, уже ничего сделать было нельзя!.. Мы не можем сделать так, чтобы этого не существовало, понимаешь? Тут уже нечего выбирать!
Это ведь никуда не денется!.. Мы не можем променять себя на...

СЕРЕЖА
Гюля! Я тебя не отдам! Я не отдам тебя на эту пытку! На что ты рассчитывала, когда сюда шла?

ГЮЛЯ
Не знаю, но мне все равно надо уйти!

СЕРЕЖА
Нет, ты отсюда не уйдешь! Я тебя не выпущу! (Она пытается вырваться, он ее не пускает.)

ГЮЛЯ
Сережа! Сереженька!

В это время раздается телефонный звонок. Сережа не обращает на него внимания. Звонок все повторяется и повторяется. Наконец, он замолкает. Через несколько мгновений он повторяется все с той же силой. Сережа не выдерживает, оставив Гюлю, он снимает трубку, но следит, чтобы она не подошла к двери.

СЕРЕЖА
Алло!

ГОЛОС НАТЫ (неуверенный, прерывающийся)
Можно позвать Сережу?

СЕРЕЖА
Это я!

НАТА
Это Ната говорит!.. Михал Аркадьича!.. Папа просит, чтоб вы к нам пришли, если можете! Ему очень плохо, он просит, чтобы вы пришли!

СЕРЕЖА
Я иду!

————————————————

Огромный двор дома Михаил Аркадьевича. Он так же полон людьми, которые еще с минуту назад занимались теми же делами: стегали шерсть, мыли ковры, жарили шашлык, играли в нарды, футбол и т.д. Сейчас все они, стоя на тех же местах, смотрят вверх, на одно из окон, и молчат.
Сережа вбегает во двор, направляется к подъезду, поднимается по лестнице. Она так же полна людей, люди выглядывают из всех квартир, сокрушенно качая головами. Дверь квартиры Михаила Аркадьевича открыта. Там тоже толпятся люди. Сережа подходит к этой двери. Слышен страш­ный женский крик, затем плач.

————————————————

Кладбище. Яркий осенний день. Люди, возвращающиеся с похорон, группами расходятся по узеньким проулочкам.
Сережа отделяется от одной из групп и дальше идет один.

————————————————

Запись опубликована в рубрике Пьесы и сценарии. Добавьте в закладки постоянную ссылку.